Шепелев рассказал о Жанне Фриске и своей жизни

В свет выходит книга Дмитрия Шепелева «Жанна» о Жанне Фриске — книга, которую он писал больше года на фоне громких публичных скандалов, книга, которая рассказывает о том, как Жанна боролась с раком, отвоевывая каждый день жизни, книга, которая должна помочь и другим людям, оказавшимся в похожей ситуации, не опускать руки, пишет Spletnik.ru

В преддверии выхода книги в продажу Шепелев впервые за долгое время нарушил молчание и дал серию интервью — и на большой пресс-конференции, и в передаче Андрея Малахова «Пусть говорят». Были расставлены все точки над «и»: где деньги, кто виноват, что делать и как жить дальше, — у Шепелева уже давно есть ответы на все вопросы, которые так волнуют публику, жадную до сенсаций. SPLETNIK.RU также удалось поговорить с Дмитрием — о Жанне, сыне Платоне, будущем и, конечно, самой книге.

 

Видели ли эту книгу до публикации родители Жанны?

 

Нет.

 

И у вас не было желания показывать ее?

 

Нет.

 

Какой самый важный вывод вы сделали для себя после публичных скандалов, разразившихся после смерти Жанны?

 

Честно сказать, я совершенно в это не погружался. Вам покажется странным, но я не читал и не смотрел больше половины того, что происходило. Правда, мне это неинтересно. Я твердо убежден, что это только топчет память о Жанне, и участвовать в этом — ниже моего собственного достоинства, а следить тем более. Поэтому никаких выводов из этого я не делаю. Мне это неинтересно.

 

Вы достойно отвечаете на все вопросы, которые задают вам журналисты, но вы не можете не понимать, что после такой откровенной книги и интервью, которые выйдут, поднимется новая волна негативных публикаций. Вас не пугает это?

 

Вы сейчас спрашиваете, пугает ли меня наша с вами профессия. Безусловно, пугает (улыбается).

 

Вы в центре внимания из-за серии публичных скандалов. Понятно, что таблоиды ждут любого вашего неверного шага, чтобы написать о вас какую-нибудь ядовитую статью. Как в такой ситуации жить личной жизнью? Ведь любая женщина, с которой вы рано или поздно появитесь на публике, окажется мишенью.

 

Не знаю, что вам ответить. Правда, не знаю… Помалкивать.

 

Помните ли вы, каким было первое предложение книги? С чего вы ее начали?

 

Я описывал ночь, когда мы прилетели в Нью-Йорк, воодушевленные тем, что нас ожидает уникальное лечение, которое возможно спасет Жанне жизнь. Эта была изматывающая поездка, и та ночь, когда мы наконец-таки смогли зайти в гостиничный номер и упасть на кровать, стала для нас особенной и запомнилась особенно сильно — это была ночь перемен и новой жизни. Я пытался описать это, собственно, с этого все и началось. Но после переписывал не единожды, так что то, что получилось, вы уже увидите в книге.

 

Что бы вы могли сказать поклонникам Жанны, которые купят эту книгу?

 

Я бы начал с простого — со слова «спасибо», потому что многие неистово поддерживали Жанну и очень искренне продолжают ее любить. И мне бы хотелось, чтобы эта книга, кроме всего прочего, стала добрым воспоминанием об этом человеке. Так что я скажу, конечно же, большое спасибо за то, что поддерживали Жанну.

 

У вас, вероятно, была целая команда людей, которая помогала вам в написании книги: врачи, публицисты… Вы можете назвать каких-то конкретных людей, которые оказали неоценимую помощь в написании этой книги?

 

Преимущественно я работал над этой книгой самостоятельно изначально. После того как все стало складываться и приобрело форму книги, неоценимую помощь оказала мне Катя Гордеева. Она стала моим первым цензором, читателем и редактором. Она очень помогла мне.

 

Разумеется, эту книгу видели медики и психологи. Эту книгу, после того как она была написана, видели очень многие — я хотел, чтобы информация, которая в ней изложена, была достоверна. Для меня очень важно, чтобы книга была в первую очередь полезна тем людям, которые столкнулись с проблемой рака. Эта не попытка излить душу и расставить все по своим местам, не попытка высказаться, не попытка быть услышанным — мне это неинтересно. Я бы очень хотел, чтобы книга была полезна тем людям, которые борются с болезнью.

 

За время болезни Жанны вы много узнали о борьбе с онкологическими заболеваниями. Вы дальше планируете как-то заниматься просветительской деятельностью в этом направлении?

 

Я не строил таких далеко идущих планов, я все-таки не медик и не профессионал. Те медицинские рекомендации, которые изложены в книге, они просты, но, несмотря на это, необходимы. Мне очень хотелось этой книгой быть полезным. Если я пойму, что и дальше могу быть полезным, я с радостью это сделаю. Сейчас идет активная работа по открытию информационного портала, который будет посвящен проблемам онкологии головного мозга среди взрослых и детей. Я надеюсь, что в ближайшее время этот портал заработает. Это будет первый информационный ресурс в России, посвященный этой теме, и впервые будет представлена такая подробная выкладка медицинской информации на русском языке.

 

Вы, наверное, писали книгу с пониманием того, что ее однажды прочтет ваш сын. Останавливало ли вас это в какие-то моменты, заставляло переписывать что-то?

 

Есть несколько причин, почему я написал эту книгу. В первую очередь — это благодарность всем тем людям, которые поддерживали Жанну. Вторая причина — информация. Мне бы хотелось, как я уже говорил, чтобы книга была полезной, чтобы которые впервые сталкиваются с проблемой рака, не чувствовали себя растерянными и беспомощными, как чувствовали себя мы. Третья причина —это страх: я делюсь теми страхами, которые мы переживали вместе, и мне бы хотелось, чтобы этого страха были лишены люди, которые, возможно, когда-нибудь окажутся на нашем месте.

 

И четвертая причина очень личная и это та причина, о которой вы спрашиваете — это, конечно же, память о Жанне для нашего сына. Знаете, наша память причудлива: какие-то вещи из прошлого она искажает, какие-то события видятся иначе с течением времени. Мне бы хотелось сохранить ту яркую и чистую эмоцию, которую мы переживали все вместе. Так что эта книжка, конечно же, еще и то, что прочтет мой сын о маме.

 

На кого Платон больше всего похож по характеру: на вас или на маму?

 

Мне сложно ответить. В нашем сыне есть мое упрямство и Жаннина легкость. В нем есть мой свет и ее радушие — это наш сын, поэтому я не могу сказать, на кого он похож больше.

 

Что вы больше всего любите делать с Платоном? Читать книжки, играться в машинки… Есть ли какой-то особый ритуал, который приносит невероятную радость? 

 

Самое ценное для меня — это возможность провести с ним время. Вы заговорили о ритуалах… Всегда и безоговорочно, каждое утро — я завтракаю вместе с ним. Это обязательно. Как и каждый вечер именно я читаю ему сказки перед сном. Я сторонник традиций, и мне бы хотелось, чтобы это запомнилось ему. Может, он когда-нибудь будет вести себя именно так со своим собственным сыном. Так что самым ценным для меня является возможность быть с Платоном. Ничего особенного, но, поверьте, это очень много.

 

Как вы с Платоном планируете встречать Новый год?

 

Мне бы хотелось встречать Новый год в семейном кругу. Это сейчас имеет особенную ценность для нас, поэтому нас будет много. У нас будет счастливый Новый год.

 

Вам 33 года. Как ни банально, возраст Христа. К этому возрасту вы подошли с таким багажом, которого не пожелаешь никому. Оглядываясь назад: чтобы вы в юном возрасте пожелали себе сейчас? От чего бы предостерегли?

 

Ой, вы знаете, я не склонен сгущать тучи над собственной головой. Я ни в коем случае ни о чем не жалею, более того, я благодарен за те события, которые со мной произошли. Потому что как бы то ни было — это огромный опыт, и я рад, что мне хватило сил и мужества все это пережить, а теперь разговаривать об этом с вами. Поэтому, я бы никаких предостережений, честно говоря, в прошлое не отправлял. Жизнь продолжается, и я очень оптимистично смотрю в будущее.

admin

man