Как Марк Уолберг стал игроком и потерпел поражение

Fsa8wjeuzih9mrbi02wbdm1vf3m-wide_video

Трудно понять и утомительно наблюдать за персонажем Марка Уолберга в картине “Игрок” британца Руперта Уайатта, режиссера прекрасной киноленты “Восстание планеты обезьян” (2011) — переосмысления легендарной серии фильмов об обезьянах. По крайней мере, это состояние ставит зрителя на равную ступень с самим Уолбергом.

Джим Беннетт – неудавшийся писатель, преподаватель колледжа (да, да, Уолберг академик-учитель), который испытывает отвращение к себе, будучи зависимым от азартных игр. Сломленный, но бойкий мошенник – роль, скорее для Райана Гослинга, чем для Уолберга. Впрочем, это полбеды.

 

“Игрок” — глянцевая версия одноимённой драмы 1974 года, снятой пионером реализма Карелом Рейшом, которая запомнилась центральной игрой Джеймса Каана. Оригинал виделся свободной адаптацией короткого романа “Игрок” Федора Достоевского. У героя Каана даже в тесной квартире светится портрет великого русского писателя-мыслителя.

 

Сегодняшнее видение Уайатта, поворачивающееся спиной к оригиналу, никогда не объясняет, почему главный герой картины является тем, кем он есть, или почему зрителя должна заботить его судьба, если даже самого персонажа она не беспокоит. Вместо этого, нас просто заваливают перегруженными монологами Уолберга, чтобы заглушить драматические недостатки незамысловатого сюжета.

 

Мы встречаем Беннета уже погрязшим в крупных долгах владельцу подпольного казино. Ему дают неделю для решения денежного вопроса. Вопроса жизни и смерти. Мужчина заимствует огромные суммы денег у различных демонических анти-героев — безжалостного гангстера (Майкл К. Уильямс), недоброжелательного, влиятельного ростовщика (Джон Гудман) и его отдаленной матери (Джессика Лэнг). Однако, из-за пагубного характера, он постоянно возвращается к картежному столу или рулетке, после чего его долг молниеносно возрастает, как и число неприятностей.

 

Сцены азартных игр поставлены захватывающе, что дает нам неослабевающее чувство накала происходящего. Всякий раз, когда Беннетт садится за стол, мы понимаем, что близится опустошение его карманов, но автор позволяет камере задерживаться на картах, прежде чем крупье их перевернет. Мы смотрим на крупные планы карт, из-за чего страстное ожидание нарастает.

 

Безусловно, незаконные казино имеют свою привлекательность. Неожиданный оттенок Джима Беннетта заключается в том, что он не изображает одурманенную карусель одержимости; он играет мгновениями, но если и делает ставки, то идет на все. Любые острые ощущения при виде карт отражаются не только на нем, но и в некоторых случаях на зрителе. Речь идет не о спешном наркомане. Беннетт – человек, который осознанно разрушает себя до нуля, чтобы построить заново. Если, конечно, он еще будет живым.

 

Когда же Беннетт заходит в лекционный зал, с безумным взглядом лая о Шекспире незаинтересованным студентам, ставки ощутимо снижаются. В сценарии Уильяма Монахэна («Отступники» (2006)) у преподавателя больше саморекламы и скоростной болтовни о природе гения, чем подробной сути либо о теме рассуждений, либо о самом герое. Взамен, мы смотрим за крикливым, но неэффективным снобизмом Уолберга.

 

Несмотря на название фильма, протагонист часто напоминает нам, что он не игрок. Он самоубийца или плаксивый богатей-неудачник. Авторы желают показать, что он ненавидит себя за то, что родился в достатке, окруженный образованием и заботой. Он безэмоциональный нигилист. И в этом, вероятно, главная проблема картины. Мы неспособны сочувствовать ему, задумываясь лишь о времени, посматривая на часы.

 

Эми Филипс (Бри Ларсон) – умная, подающая надежды, студентка, которую впечатляет необъяснимая хвала со стороны Джима Беннетта. Тем не менее, это восхищение никак не обыгрывается, а служит лишь временным клеем для их бессмысленного союза. Эми, как милая кукла для мужчины, идущего на риски, у которого на хвосте еще и плохие, смертоносные парни.

 

Фильм обрамлен тиканьем часов, но Беннетт даже неуверен, хочет ли выйти из своей игры, погасив безмерные долги. Финал картины однозначно твердит – Беннетт освободился от личного азарта. Он свободно бежит по, как кажется, нескончаемой дороге Лос-Анджелеса. Криминальные антагонисты понимают, что угроза ему или его семье не даст желаемой отдачи, но они могут получить от Беннетта какое-то движение, угрожая его новым друзьям, в частности, Эми.

 

Хочется верить, что их встреча – это нечто большее и метафорическое, чем очевидная, притворная любовь между страдальцем и доброй благодетельницей, птицей судьбы. Или мне не стоит слишком много смысла вносить в этот довольно плоский фильм? Так или иначе, здесь женщина является причиной для Беннетта отказаться от роковых желаний, о чем прозрачно кричит последний кадр – красавица и стук в дверь ее дома.

 

“Игрок” – стильный, но бесполезно речистый римейк драмы Рейша. Авторы делают несколько попыток, чтобы подчеркнуть мысль о том, что герой Уолберга тонет в собственных трудностях – прекрасные сюрреалистические образы воды, сказочные перерывы, где он сидит в ванне — кратко открывают окно в его душу. Однако, картина не особенно заинтересована в изучении его отношений с матерью и прочих истерзанных глубин его характера. Вместо слов на лекциях о том, какой пустышкой стал Беннетт, он мог бы просто быть.

admin

man