Минфин: в бухучете можно использовать скан-образы первичных документов

МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПИСЬМО

от 20 ноября 2020 г. N 03-03-06/3/101451

Вопрос:

Об использовании в бухучете скан-образов первичных учетных документов, а также о документальном подтверждении расходов в целях налога на прибыль.

Ответ:

Департамент налоговой политики совместно с Департаментом регулирования бухгалтерского учета, финансовой отчетности, аудиторской деятельности, валютной сферы и негосударственных пенсионных фондов рассмотрел письмо от 15.09.2020 и сообщает, что в соответствии с Регламентом Министерства финансов Российской Федерации, утвержденным приказом Министерства финансов Российской Федерации от 14.09.2018 N 194н, в Министерстве финансов Российской Федерации, если законодательством не установлено иное, не рассматриваются по существу обращения организаций по проведению экспертизы договоров, учредительных и иных документов организаций, по оценке конкретных хозяйственных ситуаций.

КонсультантПлюс: примечание.

В тексте документа, видимо, допущена опечатка: имеется в виду Федеральный закон от 06.12.2011 N 402-ФЗ.

Одновременно сообщаем, что в соответствии с Федеральным законом «О бухгалтерском учете» (далее — Федеральный закон) каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Первичный учетный документ составляется на бумажном носителе и (или) в виде электронного документа, подписанного электронной подписью. Данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Первичные учетные документы подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Согласно Федеральному закону ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации. Экономический субъект самостоятельно формирует свою учетную политику, руководствуясь законодательством Российской Федерации о бухгалтерском учете, федеральными и отраслевыми стандартами.

Исходя из Положения по бухгалтерскому учету ПБУ 1/2008 «Учетная политика организации», утвержденного приказом Минфина России от 06.10.2008 N 106н, в составе учетной политики экономического субъекта его руководителем утверждаются правила документооборота и технология обработки учетной информации, порядок контроля за хозяйственными операциями.

Приведенные нормы в их взаимосвязи, по нашему мнению, не препятствуют использованию в бухгалтерском учете в исключительных случаях скан-образов первичных учетных документов для регистрации и накопления содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета. При этом руководитель экономического субъекта как лицо, организующее ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета, должен обеспечить соблюдение требований к первичным учетным документам, установленных Федеральным законом «О бухгалтерском учете».

Для целей главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — НК РФ) расходы налогоплательщика должны отвечать критериям пункта 1 статьи 252 НК РФ, а именно: должны быть экономически обоснованны, подтверждены документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, и произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

При этом под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы.

 

Заместитель директора Департамента

А.А.СМИРНОВ

20.11.2020

В МИНФИНЕ РОССИИ ПРОШЛИ ПЕРЕГОВОРЫ МЕЖДУ РОССИЕЙ И КИПРОМ ОБ ИЗМЕНЕНИИ НАЛОГОВОГО СОГЛАШЕНИЯ

МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ИНФОРМАЦИЯ

В МИНФИНЕ РОССИИ ПРОШЛИ ПЕРЕГОВОРЫ

МЕЖДУ РОССИЕЙ И КИПРОМ ОБ ИЗМЕНЕНИИ НАЛОГОВОГО СОГЛАШЕНИЯ

 

В рамках переговоров Республика Кипр согласилась на условия Российской Федерации по внесению изменений в Российско-кипрское соглашение об избежании двойного налогообложения в части увеличения налога у источника до 15% в отношении дивидендов и процентов. В переговорах приняли участие Глава Российской делегации — заместитель Председателя Правительства РФ А.Л. Оверчук и Статс-секретарь — заместитель Министра финансов А.В. Сазанов. Делегацию Кипра возглавил министр финансов Константинос Петридис.

«Кипрская делегация полностью согласилась с условиями Российской стороны. Мы парафировали проект протокола, который должен быть подписан в сентябре 2020 года», — сообщил Алексей Оверчук.

Ратификация протокола должна состояться до конца 2020 года, и он вступит в силу с 1 января 2021 года.

«Так как сегодня состоялось парафирование протокола, мы останавливаем процесс денонсации соглашения. В ближайший месяц мы также планируем завершить переговоры с Люксембургом и Мальтой на тех же условиях, что мы предложили Кипру», — отметил Алексей Сазанов.

Также Россия ожидает официального ответа от Нидерландов на направленные предложения о пересмотре налогового соглашения в ближайшие недели. Если Нидерланды согласятся вести переговоры, то им будут предложены те же условия, что и Республике Кипр.

Правительство утвердило предельные размеры базы по взносам на 2021 год

ПРАВИТЕЛЬСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 26 ноября 2020 г. N 1935

 

О ПРЕДЕЛЬНОЙ ВЕЛИЧИНЕ

БАЗЫ ДЛЯ ИСЧИСЛЕНИЯ СТРАХОВЫХ ВЗНОСОВ НА ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ

СОЦИАЛЬНОЕ СТРАХОВАНИЕ НА СЛУЧАЙ ВРЕМЕННОЙ

НЕТРУДОСПОСОБНОСТИ И В СВЯЗИ С МАТЕРИНСТВОМ

И НА ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ ПЕНСИОННОЕ СТРАХОВАНИЕ

С 1 ЯНВАРЯ 2021 Г.

 

В соответствии с пунктом 6 статьи 421 Налогового кодекса Российской Федерации Правительство Российской Федерации постановляет:

1. Установить, что для плательщиков страховых взносов, указанных в подпункте 1 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса Российской Федерации, предельная величина базы для исчисления страховых взносов:

на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством подлежит индексации с 1 января 2021 г. в 1,059 раза с учетом роста средней заработной платы в Российской Федерации и составляет в отношении каждого физического лица сумму, не превышающую 966000 рублей нарастающим итогом с 1 января 2021 г.;

на обязательное пенсионное страхование с учетом размера средней заработной платы в Российской Федерации на 2021 год, увеличенного в 12 раз, и применяемого к нему повышающего коэффициента, установленного пунктом 5 статьи 421 Налогового кодекса Российской Федерации на 2021 год в размере 2,3, составляет в отношении каждого физического лица сумму, не превышающую 1465000 рублей нарастающим итогом с 1 января 2021 г.

2. Настоящее постановление вступает в силу с 1 января 2021 г.

 

Председатель Правительства

Российской Федерации

М.МИШУСТИН

 

 

Работник отсутствует вне графика: как вызвать на замену другого сотрудника

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ТРУДУ И ЗАНЯТОСТИ

ПИСЬМО

от 28 октября 2020 г. N ПГ/49630-6-1

Вопрос:

Работники службы охраны офиса организации работают по сменному графику, который устанавливается ежемесячно; ведется суммированный учет рабочего времени. В период незапланированного отсутствия работников этой службы (отпуск, больничный и т.п.) они временно замещаются другими работниками, у которых этот день выходной. В каком порядке должно быть оформлено временное замещение? Как вносить изменения в график сменности, учитывая, что согласно ст. 103 ТК РФ графики сменности доводятся до сведения работников не позднее чем за один месяц до введения их в действие?

 

Ответ:

 

Федеральная служба по труду и занятости, рассмотрев обращение, зарегистрированное 29 сентября 2020 года, в пределах компетенции сообщает.

В соответствии с частью 2 статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации (далее — ТК РФ) нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Использование суммированного учета рабочего времени означает, что установленная для данной категории работников продолжительность рабочего дня и рабочей недели реализуется графиком в среднем за учетный период, при этом ежедневная и еженедельная продолжительность рабочего времени по графику может в определенных пределах отклоняться от нормы часов рабочего дня и рабочей недели. В этом случае недоработка или переработка часов балансируется в рамках учетного периода таким образом, чтобы сумма отработанных в этот период часов равнялась норме часов этого периода для данной категории работников.

Учетный период не может превышать один год, а для учета рабочего времени работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, — три месяца (часть первая статьи 104 ТК РФ).

Нормальное число рабочих часов за учетный период определяется исходя из установленной для данной категории работников еженедельной продолжительности рабочего времени. Для работников, работающих неполный рабочий день (смену) и (или) неполную рабочую неделю, нормальное число рабочих часов за учетный период соответственно уменьшается (часть третья статьи 104 ТК РФ).

Порядок исчисления нормы рабочего времени на определенные календарные периоды времени (месяц, квартал, год) в зависимости от установленной продолжительности рабочего времени в неделю утвержден приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 13 августа 2009 г. N 588Н.

Кроме того, при составлении графиков сменности работодателю необходимо помнить о праве работника на отдых, которое закреплено в Конституции Российской Федерации и включено положениями статьи 21 ТК РФ в число основных трудовых прав работника. В трудовом законодательстве имеется значительная группа норм, реализующих право граждан на отдых при вступлении их в трудовые отношения.

Такие нормы предусматривают: общую продолжительность рабочего времени и продолжительность ежедневной работы; виды времени отдыха, условия их предоставления; продолжительность отпусков и порядок их использования.

ТК РФ содержит различные нормы, гарантирующие реализацию права на отдых каждому работнику.

Так, в статье 106 ТК РФ дано определение времени отдыха, а в статье 107 ТК РФ указаны виды времени отдыха, среди которых указаны выходные дни (еженедельный непрерывный отдых). Продолжительность еженедельного непрерывного отдыха не может быть менее 42 часов (статья 110 ТК РФ).

В статье 107 ТК РФ указан такой вид времени отдыха, как ежедневный (междусменный) отдых.

Согласно пункту 10.24 СП 2.2.2.1327-03, утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 26 мая 2003 г. N 100, продолжительность ежедневного отдыха между сменами должна быть вдвое больше продолжительности работы. Меньший отдых (но не менее 8 часов) допустим только при чрезвычайной ситуации (аварийные работы).

По общему правилу работодатель может перевести сотрудника с одного графика на другой, если успевает уведомить об изменении за месяц до введения в действие нового графика (часть четвертая статьи 103 ТК РФ).

График сменности является обязательным документом для сторон трудового договора, поэтому организация не вправе привлекать сотрудника для работы вне графика, за исключением некоторых случаев привлечения к сверхурочным работам (статьи 99, 103 ТК РФ).

Для привлечения сверхурочно необходимо получить письменное согласие замещающего работника, а также издать соответствующий приказ. Выходной в этом случае оплачивается в двойном размере, или по желанию работника он может получить другой день отдыха (статья 153 ТК РФ). А сверхурочный труд оплачивается иначе: в полуторном размере за первые 2 часа и в двойном — за следующие часы (статья 152 ТК РФ). Но по желанию работника переработка вместо повышенной оплаты может компенсироваться дополнительным временем отдыха.

Настоящий ответ не является правовым актом.

 

Начальник Юридического управления

Б.С.ГУДКО

28.10.2020

 

ВС РФ: взносы по доптарифу нужно начислять на выплаты за простой

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 26 октября 2020 г. N 307-ЭС20-15751

 

Судья Верховного Суда Российской Федерации Пронина М.В., изучив кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ТФЗ» (далее — ООО «ТФЗ», общество) на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.10.2019 по делу N А56-81675/2019, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2020 и постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.06.2020 по тому же делу

по заявлению общества к Государственному учреждению — Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Тихвинском районе Ленинградской области (далее — пенсионный орган, управление) о признании недействительным решения от 20.05.2019 N 05701619РВ0000011 о привлечении плательщика страховых взносов к ответственности за совершение нарушения законодательства Российской Федерации о страховых взносах,

 

установила:

 

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.10.2019 заявленные требования удовлетворены.

Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2020 решение суда отменено в части признания недействительным решения пенсионного органа по доначислению страховых взносов в сумме 201 994,64 рубля, пеней в сумме 8 628,70 рублей, санкций в сумме 1 725,74 рубля. В указанной части в удовлетворении требований отказано. В остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.06.2020 решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменены в части признания недействительным решения пенсионного органа от 20.05.2019 N 05701619РВ0000011 по доначислению страховых взносов по дополнительному тарифу на выплаты в период простоя в размере 846 760,85 рублей, пени — 76 402,31 рубля, штрафа — 169 352,17 рубля. В указанной части в удовлетворении требований отказано.

В остальной части постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2020 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, ООО «ТФЗ» возражает против постановления суда кассационной инстанции и просит о его отмене, ссылаясь на ошибочное толкование судом норм права. Общество указывает, что страховые взносы по дополнительному тарифу подлежат начислению в зависимости от действительной занятости работника на работах с вредными, опасными и тяжелыми условиями труда; начисление страховых взносов по дополнительному тарифу должно быть оправдано включением соответствующих периодов работы в стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости; периоды простоя (по вине работодателя или по вине работника), в которые работник занят на иных работах, где отсутствуют вредные условия труда, не подлежат включению в указанный стаж, поэтому дополнительные страховые взносы за такие периоды также не подлежат начислению. Общество ссылается на письмо Министерства финансов Российской Федерации от 23.10.2017 N 03-15-06/69113, которым руководствовалось в этом вопросе, и считает, что в любом случае в связи с изложенным в нем разъяснением есть основания для освобождения от ответственности за неуплату страховых взносов, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 статьи 111 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам изучения кассационной жалобы, представления судья Верховного Суда Российской Федерации выносит определение об отказе в передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в кассационных жалобе, представлении доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке и (или) для решения вопроса о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, а также если указанные доводы не находят подтверждения в материалах дела.

Оснований для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке по доводам жалобы не установлено.

Как усматривается из судебных актов, решением от 20.05.2019 N 05701619РВ0000011 ООО «ТФЗ» вменено нарушение положений Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» (далее — Закон о страховых взносах), выразившееся в неправомерном невключении в базу для начисления страховых взносов по дополнительным тарифам суммы выплат, производимых в пользу лиц, занятых на работах с вредными, опасными и тяжелыми условиями труда в периоды простоя по вине работодателя в сумме 21 723 559,63 рубля. По данному факту обществу доначислены страховые взносы в сумме 846 760,85 рублей, начислены пени и назначен штраф по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.

Признавая решение пенсионного органа в части указанного нарушения законным и отменяя в данной части решения судов нижестоящих инстанций, Арбитражный суд Северо-Западного округа руководствовался положениями Закона о страховых взносах, федеральных законов от 28.12.2013 N 400-ФЗ «О страховых пенсиях», от 15.12.2001 N 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (далее — Закон об обязательном пенсионном страховании), от 01.04.1996 N 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», принял во внимание позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.09.2018 N 309-КГ18-5069, включенном в пункт 39 Обзора практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, и исходил из того, что страховые взносы, начисляемые по дополнительному тарифу в целях обеспечения права работника на получение досрочной страховой пенсии по старости, имеют целью формирование государственного фонда для выплаты досрочных страховых пенсий и не связаны с индивидуальной трудовой деятельностью застрахованных лиц, в отношении которых они уплачиваются.

Уплатой страховых взносов обеспечиваются не только частные интересы застрахованных лиц, но и публичные интересы, связанные с реализацией принципа социальной солидарности поколений. Следуя данному принципу, статья 3 Закона об обязательном пенсионном страховании устанавливает, что тариф страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации делится на солидарную и индивидуальную части. При этом солидарная часть тарифа страховых взносов предназначена для формирования денежных средств в целях осуществления фиксированной выплаты к страховой пенсии и в иных целях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, в том числе на выплату досрочных пенсий, а индивидуальная часть тарифа страховых взносов предназначена для формирования денежных средств и пенсионных прав застрахованного лица, учитывается на его индивидуальном лицевом счете в целях определения размеров страховой пенсии (без учета фиксированной выплаты к страховой пенсии), накопительной пенсии.

Страховые взносы, начисляемые по дополнительному тарифу, составляют солидарную часть страхового взноса, не зачисляется на индивидуальные лицевые счета застрахованных лиц, занятых на упомянутых видах работ, и, учитывая их публично-правовой характер, не связаны с фактическим осуществлением работ с вредными, опасными и тяжелыми условиями труда и соответствующими периодами, подлежащими или не подлежащими зачислению в льготный страховой стаж.

Выводы суда кассационной инстанции основаны на правильном применении норм материального и норм процессуального права, сформулированы с учетом юридически значимых обстоятельств дела.

Доводы кассационной жалобы, подразумевающие иное толкование положений действующего законодательства, что само по себе не свидетельствует о допущенном судом нарушении.

Ссылка общества на письмо Министерства финансов Российской Федерации от 23.10.2017 N 03-15-06/69113 не может быть принята во внимание, поскольку в данном письме разъясняется порядок применения пункта 3 статьи 428 Налогового кодекса Российской Федерации, устанавливающей пониженные дополнительные тарифы страховых взносов в случае аттестации рабочих мест по классам условий труда.

Доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела и являются достаточным основанием для пересмотра оспариваемых судебных актов в кассационном порядке в силу статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в жалобе не содержится.

Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации

 

определила:

 

отказать обществу с ограниченной ответственностью «ТФЗ» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

 

Судья Верховного Суда

Российской Федерации

М.В.ПРОНИНА

О признании недействительным решения регионального отделения Фонда социального страхования РФ

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 16 октября 2020 г. по делу N А03-13771/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 октября 2020 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Малышевой И.А.,

судей Буровой А.А.,

Кокшарова А.А.-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Барнаульский центр репродуктивной медицины» на решение от 23.03.2020 Арбитражного суда Алтайского края (судья Синцова В.В.) и постановление от 26.06.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Бородулина И.И., Кривошеина С.В., Павлюк Т.В.) по делу N А03-13771/2019, принятые по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Барнаульский центр репродуктивной медицины» (ОГРН 1132225011050, ИНН 2225139774) к государственному учреждению — Алтайскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (ИНН 2225023610, ОГРН 1022201759623) о признании недействительным решения от 16.05.2019 N 4-п/в.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, — Прыжкова Оксана Борисовна (г. Барнаул).

Суд

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Барнаульский центр репродуктивной медицины» (далее — Общество, заявитель, страхователь) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением к государственному учреждению — Алтайскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (далее — Фонд) о признании недействительным решения от 16.05.2019 N 4-п/в.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Прыжкова Оксана Борисовна.

Решением от 23.03.2020 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением от 26.06.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Общество (далее также — кассатор) обратилось с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты и принять новый судебный акт. Кассатор указывает, что страхователем в спорных отношениях является Общество, работа в котором принималась к учету для расчета пособия по уходу за ребенком Прыжковой О.Б., в связи с чем для определения правомерности выплаченного пособия по уходу за ребенком подлежит исследованию и оценке продолжительность рабочего времени при работе Прыжковой О.Б. в Обществе (4 часа в день); считает, что обстоятельства работы Прыжковой О.Б. у других работодателей не должны являться основой принятия судебного акта и быть решающими для рассмотрения дела; Общество не должно нести ответственность ни за действия застрахованного лица, ни за действия сторонних организаций; Трудовым кодексом Российской Федерации не установлены пределы сокращения рабочего времени; материалами дела подтверждено, что именно Прыжкова О.Б. осуществляла уход за ребенком (иное не доказано); Фондом не доказано, что выплата Прыжковой О.Б. пособия перестала для нее являться компенсацией утраченного заработка, а приобрела характер дополнительного материального стимулирования.

В письменных возражениях Фонд отклонил доводы кассационной жалобы, считает судебные акты законными и обоснованными.

В соответствии с частями 3, 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ) в составе суда после отложения судебного разбирательства произведена замена судьи Чапаевой Г.В., отсутствующей по уважительной причине, на судью Бурову А.А. (определение от 09.10.2020), после чего рассмотрение кассационной жалобы начато с самого начала.

Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания лиц, участвующих в деле, кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции, проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, изучив материалы дела, исходя из доводов кассационной жалобы, приходит к выводу о наличии оснований для отмены или судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

Судами установлено и подтверждено материалами дела, что основанием для вынесения оспариваемого решения явились результаты проведенной выездной проверки в отношении Общества на предмет полноты и достоверности сведений, представленных страхователем для обеспечения застрахованных лиц страховым обеспечением за период с 01.07.2017 по 31.12.2018.

В ходе проверки установлено, что 04.04.2016 Прыжкова О.Б. принята на работу в Общество по совместительству на 0,5 ставки на должность менеджера по медицинскому маркетингу.

Приказом от 03.10.2016 N 77 ей предоставлен отпуск без сохранения заработной платы на 140 календарных дней.

Листок нетрудоспособности по беременности и родам предъявлен для оплаты в организацию по ее основному месту работы — ООО «Антарес» с периодом нетрудоспособности до 19.02.2017 (принята на должность главного бухгалтера).

Согласно представленной копии трудовой книжки Прыжковой О.В. 20.02.2017 трудовой договор с ООО «Антарес», в котором Прыжкова О.Б. работала главным бухгалтером с 15.05.2015, расторгнут. Запись о приеме на основное место работы далее в какую-либо другую организацию отсутствует.

Приказом от 02.05.2017 N 9 Общество предоставило Прыжковой О.Б. с 02.05.2017 отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет с выплатой ежемесячного пособия по уходу за ребенком до 1,5 лет с 20.02.2017 по 16.06.2018.

В заявлении от 03.05.2017 Прыжкова О.Б. просила разрешить прервать отпуск по уходу за ребенком до достижения возраста трех лет и приступить к выполнению должностных обязанностей 03.05.2017 на 0,5 ставки.

Приказом Общества от 03.05.2017 N 10 Прыжковой О.Б. предоставлено право приступить к работе на условиях неполного рабочего времени на 0,5 ставки с сохранением права на получение пособия по уходу за ребенком до 1,5 лет. Определено время начала и окончания работы (с 09.00 до 13.30), время перерыва для отдыха и приема пищи — с 12.30 до 13.00, время перерыва для кормления ребенка — с 12.00 до 12.30.

Пособие страхователем было рассчитано исходя из заработка в ООО «Антарес» (трудовые отношения прекращены 20.02.2017), ООО «Мать и дитя» (трудовые отношения прекращены в апреле 2016 года) и Общества, среднедневной заработок составил 1 057,16 руб., пособие в месяц составило 12 855,06 руб.

В ходе проверки Фондом установлено, что после рождения ребенка Прыжкова О.Б., помимо работы в Обществе, была трудоустроена по внешнему совместительству маркетологом, а также менеджером по маркетингу и рекламе в три медицинские организации, расположенные в различных населенных пунктах, находящихся на значительном расстоянии от места ее проживания (г. Барнаул), а именно: в ООО «Омский центр репродуктивной медицины» (трудовой договор от 15.03.2017 N 0000000010, на 0,1 ставки (с учетом дополнительного соглашения), должность: маркетолог, место работы: г. Омск), в ООО «Новосибирский центр репродуктивной медицины» (трудовой договор от 26.07.2017 N 0000111, на 0,1 ставки, должность: маркетолог, место работы: г. Новосибирск), ООО «МЕДИКА — 2» (трудовой договор N 47/17 от 10.10.2017, на 0,1 ставки, должность: менеджер по маркетингу и рекламе, место работы: Кемеровская область, г. Новокузнецк). Условиями дополнительных соглашений к указанным договорам от 15.03.2017,26.07.2017,10.10.2017 установлен дистанционный характер работы внешнего совместителя всех перечисленных организаций. Пособие по уходу за ребенком в указанных организациях Прыжкова О.Б. не получала согласно представленным справкам работодателей.

Исчислив суммарно общую продолжительность рабочего времени по всем медицинским организациям, в которых была трудоустроена Прыжкова О.Б., включая три медицинские организации, в которых она была трудоустроена дистанционно после рождения ребенка, исходя из количества рабочих часов, приходящихся на ставку в каждой из медицинских организаций, Фонд пришел к выводу о том, что фактически Прыжкова О.Б. работала по 8 часов в день, а в некоторые периоды и по 9 часов в день, в период выплаты пособия по уходу за ребенком до 1,5 лет ее доход увеличился, из чего Фонд сделал вывод о том, что страхователем назначение и выплата пособий в связи с материнством в период с 01.07.2017 по 31.12.2018 производились с нарушением пункта 1 статьи 11.1 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» (далее — Закон N 255-ФЗ), поскольку условия для выплаты пособия по уходу за ребенком до 1,5 лет не соблюдены, Прыжкова О.Б. в период отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста 1,5 лет полноценно работала и получала заработную плату, превышающую доход до наступления страхового случая, фактически уход за ребенком осуществлял иной член семьи, в связи с чем выплата пособия приобрела характер дополнительного материального стимулирования, а не компенсации утраченного заработка.

В результате нарушений, отраженных в акте проверки от 10.04.2019 N 48-п/в, решением Фонда от 16.05.2019 N 4-п/в взыскано со страхователя — Общества 148 261 руб. расходов, излишне понесенных территориальным органом Фонда в связи с неполнотой или недостоверностью представленных страхователем сведений.

Не согласившись с решением Фонда, Общество оспорило его в судебном порядке.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, арбитражные суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 91, 256, 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее — ТК РФ), статей 4, 13 Федерального закона от 19.05.1995 N 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей» (далее — Закон N 81-ФЗ), статей 1, 6, 9, 12 Федерального закона от 16.07.1999 N 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» (далее — Закон N 165-ФЗ), статей 1, 4, 4.7, 5, 11.1, 12, 13 Закона N 255-ФЗ, пришли к выводу о законности оспариваемого решения Фонда.

Суд округа не может согласиться с данным выводом, исходя из следующего.

В силу статьи 256 ТК РФ по заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска определяются федеральными законами. Отпуска по уходу за ребенком могут быть использованы полностью или по частям также отцом ребенка, бабушкой, дедом, другим родственником или опекуном, фактически осуществляющим уход за ребенком. По заявлению женщины или лиц, указанных в части второй настоящей статьи, во время нахождения в отпусках по уходу за ребенком они могут работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию.

В силу подпункта 2 пункта 1, пункта 1.1 статьи 7 Закона N 165-ФЗ одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка или другого дохода в связи с наступлением страхового случая. Страховым случаем признается, в том числе, уход за ребенком в возрасте до полутора лет.

Страховым обеспечением по указанному виду обязательного страхования является ежемесячное пособие по уходу за ребенком (подпункт 8 пункта 2 статьи 8 Закона N 165-ФЗ).

В соответствии с частью 2 статьи 11.1 Закона N 255-ФЗ, статьей 13 Закона N 81-ФЗ, пунктом 43 «Порядка и условий назначения и выплаты государственных пособий гражданам, имеющим детей», утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 23.12.2009 N 1012н (далее — Порядок N 1012н), право на ежемесячное пособие по уходу за ребенком сохраняется в случае, если лицо, находящееся в отпуске по уходу за ребенком, работает на условиях неполного рабочего времени или на дому и продолжает осуществлять уход за ребенком.

Статьей 4 Закона N 81-ФЗ установлено, что выплата пособия по уходу за ребенком лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством производится за счет средств Фонда социального страхования Российской Федерации.

Право на получение ежемесячного пособия по уходу за ребенком неразрывно связано с фактическим осуществлением ухода за малолетним ребенком до достижения им возраста полутора лет (абзац 3 пункта 2.1 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27.01.2011 N 179-О-П).

Часть 2 статьи 11.1 Закона N 255-ФЗ во взаимосвязи с другими положениями данного Закона и ТК РФ, а также Закона N 165-ФЗ направлена на создание условий для гармоничного сочетания профессиональных и семейных обязанностей посредством сохранения за застрахованным лицом возможности получения обеспечения по обязательному социальному страхованию названного вида исходя из оценки страхователем и страховщиком обстоятельств страхового случая, характеризующих объем реализации социального страхового риска, при решении вопроса о наличии оснований для продолжения выплаты ежемесячного пособия по уходу за ребенком (абзац 7 пункта 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28.02.2017 N 329-О).

Особое правило о работе на условиях неполного рабочего времени в период пребывания в отпуске по уходу за ребенком обусловлено тем, что предоставляемое в этот период пособие компенсирует небольшую часть среднего заработка работника (40%). Законодатель, признавая ограниченность этих средств для семьи, допускает возможность частичной занятости данного работника, если он может сочетать ее с фактическим уходом за ребенком.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.07.2017 N 307-КГ17-1728 выражена правовая позиция, согласно которой сокращение рабочего времени на незначительный период, не позволяющий осуществлять уход за ребенком, не может расцениваться как мера, необходимая для продолжения осуществления ухода за ребенком, повлекшая утрату заработка, поэтому в такой ситуации пособие по уходу за ребенком уже не будет являться компенсацией утраченного заработка, а приобретет характер дополнительного материального стимулирования работника, т.е. злоупотреблением страхователем правом в целях предоставления своему сотруднику дополнительного материального обеспечения, возмещаемого за счет средств страховщика.

Следовательно, по делам рассматриваемой категории споров судам надлежит устанавливать обстоятельства, касающиеся реализации работником права на ежемесячное пособие и, соответственно, возможности возмещения расходов работодателя на выплату таких пособий за счет средств Фонда исходя из доказанности либо недоказанности того, что: застрахованное лицо исполняет трудовые обязанности на условиях неполного рабочего времени (неполный рабочий день (смена) или неполная рабочая неделя) либо на дому; застрахованное лицо осуществляет уход за ребенком и при этом у него достаточно времени на осуществление данного ухода; значительная часть времени работника должна быть посвящена уходу за ребенком, а не собственной трудовой деятельности; выплата ежемесячного пособия по уходу за ребенком компенсирует утраченный заработок.

Бремя доказывания того обстоятельства, что сокращение рабочего времени на определенный период являлся лишь формальным основанием для выплаты пособия и необоснованного его возмещения за счет страховщика, фактически уход за ребенком осуществляло иное лицо, в силу положений части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 АПК РФ возложено на Фонд.

Из представленных в материалы дела приказов, трудовых договоров, дополнительных соглашений к ним, копии трудовой книжки Прыжковой О.Б. следует, что до наступления страхового случая она была трудоустроена у двух работодателей (ООО «Антарес-основное место работы, а также ООО «Барнаульский центр репродуктивной медицины» — по совместительству на 0,5 ставки).

Отношения с ООО «Антарес», где Прыжкова О.Б. до наступления страхового случая работала главным бухгалтером, были прекращены непосредственно после окончания отпуска по беременности и родам, заработок в указанной организации утрачен, пособие по уходу за ребенком до достижения им возраста 1,5 лет ООО «Антарес» не выплачивалось, что подтверждено представленной в дело справкой указанного общества от 22.07.2017.

Отпуск по беременности и родам был предоставлен Обществом, где Прыжкова О.Б. была трудоустроена до наступления страхового случая на 0,5 ставки на должность менеджера по медицинскому маркетингу.

С 03.05.2017 Прыжкова О.Б. приступила к работе в Обществе по-прежнему на 0,5 ставки, то есть на условиях неполного рабочего времени с сокращением его продолжительности на 4 часа (с 09.00 до 13.30), с установлением перерыва для кормления ребенка до достижения им возраста 1,5 лет (с 12.00 до 12.30), продолжив при этом самостоятельно осуществлять уход за ребенком, находившимся на естественном вскармливании до 1,5 лет, что подтверждено представленными в дело справками участкового терапевта (о нахождении ребенка на естественном вскармливании до 1,5 лет), выпиской из домовой книги, справкой ТСЖ «Аквамарин» о самостоятельном осуществлении многодетной матерью Прыжковой О.Б. ухода за своими детьми, прогулках с ними на придомовой территории (подписана четырьмя соседями — свидетелями) и Фондом не опровергнуто. При этом другим членам семьи отпуск по уходу за ребенком в возрасте до полутора лет не предоставлялся, пособие по уходу за ребенком не назначалось и не выплачивалось.

Установление сокращенной продолжительности рабочего времени кормящей матери, самостоятельно осуществляющей уход за ребенком, с сокращением рабочего дня на 4 часа с перерывами на отдых и кормление ребенка нельзя признать незначительным или формальным, свидетельствующим исключительно о злоупотреблении Обществом правом в целях предоставления своему сотруднику дополнительного материального обеспечения, возмещаемого за счет средств Фонда.

В соответствии с положениями статей 312.1, 312.2, 312.4 ТК РФ дистанционная работа выполняется вне места нахождения работодателя, режим рабочего времени определяется дистанционным работником самостоятельно, что позволяет совмещать дистанционную работу с уходом за малолетним ребенком.

Работа Прыжковой О.Б. по условиям трудовых договоров от 15.03.2017, 26.07.2017, 10.10.2017, заключенных после наступления страхового случая с тремя медицинскими организациями (ООО «Новосибирский центр репродуктивной медицины», ООО «Омский центр репродуктивной медицины», ООО «МЕДИКА-2»), и дополнительных соглашений к ним носила дистанционный характер, выполнялась удаленно на дому, что соответствует характеру выполняемой трудовой функции (маркетинг и реклама), подтверждено представленной в дело перепиской в электронном формате и по смыслу части 2 статьи 11.1 Закона N 255-ФЗ, статьи 13 Закона N 81-ФЗ, пункта 43 Порядка N 1012н не исключает право на получение пособия до достижения ребенком возраста 1,5 лет при условии самостоятельного осуществления работником ухода за ребенком.

При определении суммарной продолжительности рабочего времени в течение дня в четырех медицинских организациях, в одной из которой Прыжкова О.Б. работала на условиях неполного рабочего времени (в Обществе), в трех других — дистанционно, Фондом и судами не учтены особенности дистанционной работы, которая не предусматривает пребывание работника на рабочем месте в течение определенного количества часов, а также не принято во внимание то, что фактическое присутствие Прыжковой О.Б. по местам нахождения работодателей, то есть в медицинских организациях, расположенных в городах Барнауле, Омске, Новосибирске и Новокузнецке Кемеровской области, в течение одного рабочего дня объективно невозможно ввиду значительной удаленности данных населенных пунктов друг от друга.

Выводы судов и Фонда об отсутствии у Прыжковой О.Б. утраченного заработка в связи с увеличением ее суммарного дохода в период работы после наступления страхового случая и до достижения ребенком возраста 1,5 лет основаны на сопоставлении сумм, фактически выплаченных застрахованному лицу разными работодателями до и после наступления страхового случая.

Вместе с тем, назначение выплачиваемого работнику пособия по уходу за ребенком до достижения им возраста 1,5 лет состоит в компенсации утраченного заработка застрахованного лица, то есть того заработка, который имелся у него на момент наступления страхового случая, исходя из которого исчислен размер пособия и который утрачен в связи с необходимостью ухода за малолетним ребенком.

В рассматриваемой ситуации на момент наступления страхового случая Прыжкова О.Б. работала по совместительству в Обществе на 0,5 ставки, а также по основному месту работы в ООО «Антарес», трудовые отношения с которым ей были прекращены и заработок, соответственно, утрачен непосредственно после окончания отпуска по беременности и родам.

Трудоустройство на дистанционную работу (на дому) в иные организации после наступления страхового случая не компенсирует утраченный застрахованным лицом заработок и не прекращает право работника на получение пособия по уходу за ребенком в возрасте до 1,5 лет при условии продолжения фактического полноценного осуществления ухода за малолетним ребенком. Общество как страхователь при исчислении и выплате пособия по уходу за ребенком не могло учитывать обстоятельства, возникшие после наступления страхового случая, с которым законодатель связывает право застрахованного лица на получение пособия.

В нарушение положений статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ в данном конкретном случае факт злоупотребления Обществом правом в целях предоставления своему сотруднику дополнительного материального обеспечения, необоснованно возмещаемого за счет средств страховщика, Фондом не доказан и материалами дела не подтвержден, в связи с чем суды необоснованно отказали в удовлетворении требований о признании решения Фонда недействительным.

Учитывая, что доказательственная база по делу собрана в полном объеме, обстоятельства дела установлены, но выводы судов им не соответствуют, неверно применены нормы материального права, суд кассационной инстанции считает возможным отменить судебные акты и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленного требования.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ понесенные Обществом судебные расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение дела по существу, а также апелляционной и кассационной жалоб, относятся на Фонд, поскольку его освобождение от уплаты государственной пошлины на основании подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 НК РФ не влечет за собой освобождение от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение, в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (абзац третий пункта 21 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Согласно подпунктам 3, 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — НК РФ), пункту 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» при обжаловании судебных актов в апелляционном и кассационном порядке по делам о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов незаконными государственная пошлина для юридических лиц составляет 1 500 руб. за подачу апелляционной и кассационной жалобы соответственно, в связи с чем постановление апелляционного суда в части возврата из федерального бюджета государственной пошлины по апелляционной жалобе в сумме 1 500 руб., излишне уплаченной по платежному поручению от 21.04.2020 N 42, является законным и отмене не подлежит.

На основании статьи 104 АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 и подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ излишне уплаченная государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 1 500 руб. также подлежит возврату Обществу из федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

 

постановил:

 

решение от 23.03.2020 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 26.06.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу N А03-13771/2019 в части отказа в удовлетворении заявленного требования и распределения судебных расходов по оплате государственной пошлины отменить, принять новый судебный акт.

Заявление общества с ограниченной ответственностью «Барнаульский центр репродуктивной медицины» удовлетворить.

Признать недействительным решение государственного учреждения — Алтайского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации от 16.05.2019 N 4-п/в о возмещении излишне понесенных расходов.

Обязать государственное учреждение — Алтайское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации устранить нарушение прав и законных интересов заявителя.

Взыскать с Алтайского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации (ИНН 2225023610, ОГРН 1022201759623) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Барнаульский центр репродуктивной медицины» (ОГРН 1132225011050, ИНН 2225139774) судебные расходы по оплате государственной пошлины в общей сумме 6 000 (шесть тысяч) рублей, в том числе за рассмотрение дела в суда первой инстанции в сумме 3 000 (три тысячи) рублей, за рассмотрение апелляционной жалобы — в сумме 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей, за рассмотрение кассационной жалобы — в сумме 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей.

Постановление от 26.06.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу N А03-13771/2019 в части возврата из федерального бюджета государственной пошлины по апелляционной жалобе в сумме 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей, излишне уплаченной по платежному поручению от 21.04.2020 N 42, оставить без изменения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Барнаульский центр репродуктивной медицины» (ОГРН 1132225011050, ИНН 2225139774) из федерального бюджета государственную пошлину по кассационной жалобе в сумме 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей, излишне уплаченную по платежному поручению от 21.08.2020 N 972.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

И.А.МАЛЫШЕВА

 

Судьи

А.А.БУРОВА

А.А.КОКШАРОВ

 

ОБ ОСВОБОЖДЕНИИ ОТ РАБОТЫ В СВЯЗИ С ПРОХОЖДЕНИЕМ ДИСПАНСЕРИЗАЦИИ

МИНИСТЕРСТВО ТРУДА И СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДЕПАРТАМЕНТ ОПЛАТЫ ТРУДА, ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЙ

И СОЦИАЛЬНОГО ПАРТНЕРСТВА

ПИСЬМО

от 4 августа 2020 г. N МН-5/7147

ОБ ОСВОБОЖДЕНИИ

ОТ РАБОТЫ В СВЯЗИ С ПРОХОЖДЕНИЕМ ДИСПАНСЕРИЗАЦИИ

 

<...>

В соответствии со статьей 185.1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс) работники при прохождении диспансеризации в порядке, предусмотренном законодательством в сфере охраны здоровья, имеют право на освобождение от работы на один рабочий день один раз в три года с сохранением за ними места работы (должности) и среднего заработка.

Работники, не достигшие возраста, дающего право на назначение пенсии по старости, в том числе досрочно, в течение пяти лет до наступления такого возраста и работники, являющиеся получателями пенсии по старости или пенсии за выслугу лет, при прохождении диспансеризации в порядке, предусмотренном законодательством в сфере охраны здоровья, имеют право на освобождение от работы на два рабочих дня один раз в год с сохранением за ними места работы (должности) и среднего заработка.

Работник освобождается от работы для прохождения диспансеризации на основании его письменного заявления, при этом день (дни) освобождения от работы согласовывается (согласовываются) с работодателем.

Работники обязаны предоставлять работодателю справки медицинских организаций, подтверждающие прохождение ими диспансеризации в день (дни) освобождения от работы, если это предусмотрено локальным нормативным актом.

Поскольку статьей 185.1 Кодекса предусмотрено освобождение от работы с сохранением за работником места работы (должности) и среднего заработка на один рабочий день один раз в три года дополнительный день диспансеризации, при необходимости, может быть предоставлен работнику в соответствии со статьей 128 Кодекса.

Вопрос предоставления второго дня для прохождения диспансеризации следует решать в каждом конкретном случае работодателю и работнику совместно в зависимости от сложившейся ситуации и с учетом интересов каждой стороны.

Работодатель обладает достаточными экономическими и организационно-управленческими возможностями для самостоятельного удовлетворения своих интересов во взаимоотношениях с работниками.

 

Заместитель директора Департамента —

Начальник отдела оплаты труда

А.В.ФРОЛОВА

 

Минтруд: допотпуск за ненормированный день не зависит от того, работал ли сотрудник сверх нормы

МИНИСТЕРСТВО ТРУДА И СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПИСЬМО

от 13 октября 2020 г. N 14-2/ООГ-15911

Вопрос:

Трудовым договором работнику установлены неполная рабочая неделя с полным рабочим днем и ненормированный рабочий день с предоставлением трех дополнительных оплачиваемых дней отпуска. Правомерно ли закрепление в локальном нормативном акте работодателя положения, предусматривающего предоставление дополнительных оплачиваемых дней отпуска пропорционально отработанному времени?

Ответ:

Департамент оплаты труда, трудовых отношений и социального партнерства Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации рассмотрел обращение по вопросам применения норм трудового законодательства и сообщает.

В соответствии с Положением о Министерстве труда и социальной защиты Российской Федерации, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 610, Минтруд России дает разъяснения по вопросам, отнесенным к компетенции Министерства, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Мнение Минтруда России по вопросам, содержащимся в обращении, не является разъяснением и нормативным правовым актом.

На основании статьи 97 Трудового кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс) работодатель имеет право привлекать к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника, в двух случаях: для сверхурочной работы (статья 99 Кодекса) и на условиях ненормированного рабочего дня (статья 101 Кодекса).

Порядок привлечения работника к работе в режиме ненормированного рабочего времени регулируется статьей 101 Кодекса.

Как следует из указанной статьи, ненормированный рабочий день — особый режим работы, в соответствии с которым отдельные работники могут по распоряжению работодателя при необходимости эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами нормальной продолжительности рабочего времени.

Кодекс не содержит определений «эпизодическое» и «систематическое» привлечение к работе.

Работник может привлекаться к выполнению своих трудовых функций как до начала рабочего дня (смены), так и после окончания рабочего дня (смены). Согласие работника на привлечение к такой работе не требуется.

Ненормированный рабочий день не изменяет установленной нормы рабочего времени, а допускаемая переработка сверх установленного рабочего времени не должна приводить к превращению ненормированного рабочего дня в удлиненный. Работодатель вправе привлекать соответствующих лиц к работе во внеурочное время лишь в исключительных случаях и не может заранее обязывать их постоянно работать по особому распорядку сверх рабочего дня (смены).

По общему правилу круг обязанностей и объем работы лиц с ненормированным рабочим днем должны предусматриваться в соответствующем порядке таким образом, чтобы эти лица в основном работали в нормальное рабочее время.

Введение ненормированного рабочего дня для работников не означает, что на них не распространяются правила, определяющие время начала и окончания работы, порядок учета рабочего времени и т.д. Эти работники на общих основаниях освобождаются от работы в дни еженедельного отдыха и праздничные дни.

За работу в режиме ненормированного рабочего дня статьей 119 Кодекса установлена компенсация в виде дополнительного отпуска, продолжительность которого определяется коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка и который не может быть менее трех календарных дней.

Работодатель ведет учет времени, фактически отработанного каждым работником в условиях ненормированного рабочего дня.

Кодекс не предусматривает особенностей предоставления дополнительного отпуска за работу в режиме ненормированного рабочего дня в случае, когда работник в течение рабочего года к работе за пределами нормальной продолжительности рабочего времени не привлекался.

Таким образом, работник имеет право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу в режиме ненормированного рабочего дня, в том числе если он ни разу не был привлечен к работе за пределами нормальной продолжительности рабочего времени.

 

Заместитель директора Департамента

оплаты труда, трудовых отношений

и социального партнерства

Т.В.МАЛЕНКО

13.10.2020